MENU
Главная » Статьи » Методические рекомендации для учителей и учащихся

Мнения историков по актуальным вопросам истории России XIX векa

МНЕНИЯ ИСТОРИКОВ О ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЕ 1812 Г.
Мнения историков об исходе Бородинского сражения также были неоднозначны. Французский историк середины ХIХ в. Ж. Мишле считал, что победу одержала французская армия, хотя при этом отмечал, что она была неполной и Наполеон не воспользовался ее плодами. Советский историк М.Н. Покровский писал, что русская армия в битве при Бородине смогла добиться лишь того, что не была разгромлена наголову. С.Б. Окунь, наоборот, считал, что Бородинское сражение явилось выдающейся победой России, а А.З. Манфред отмечал только нравственный характер победы русских войск. Нет единства во взглядах на исход Бородина и сегодня. И.А. Троицкий подчеркивает, что Наполеон не решил главной задачи при Бородине – не сумел окончательно разгромить русскую армию. Б.С. Абалихин придерживается взгляда о ничейном исходе Бородинского сражения. А.А. Васильев определяет исход битвы как тактическую победу французов.

Отступление французов. Между тем, оставив Москву, русская армия совершила блестящий тарутинский маневр, позволивший ей оторваться от преследования французского авангарда и разбить основной лагерь в Тарутино, куда стали подходить новые резервы. Кроме того, находясь в Тарутино, русская армия прикрывала Калугу и Тулу, где были сосредоточены продовольствие и вооружение.

Наполеон оказался в тупике. Он не мог продолжить наступление на Санкт-Петербург, который прикрывали войска Витгенштейна. В тылу французов находился Кутузов. В самой же Москве, опустошенной сильными пожарами, сидеть не имело смысла: надвигалась зима; продовольствие и резервы поступали в голодную Москву с большим трудом – развернувшаяся партизанская война нарушала французские коммуникации.

7 октября французы оставили Москву и двинулись по Калужской дороге к Смоленску, где, как предполагал Наполеон, находились большие запасы продовольствия. У Малоярославца русская армия преградила дорогу французам. Здесь 12 октября произошло ожесточенное сражение. Город 8 раз переходил из рук в руки, и в конечном итоге французы вынуждены были повернуть на разоренную Смоленскую дорогу и отходить к Смоленску, испытывая трудности с продовольствием и обмундированием. Контрнаступление русская армия начала параллельно по тем дорогам, где у нее были резервы продовольствия и вооружения.

Сильно поредевшая французская армия с трудом добралась до Смоленска, а далее уже четырьмя колоннами стала уходить из России. Завершила поход Наполеона трагическая переправа через Березину (19 ноября), где французы только погибшими потеряли более 20 тыс. Из 600-тысячной армии, вторгшейся в июне в Россию, на родину разными путями добралось не более 30 тыс. С изгнанием французов из пределов России начался заграничный поход русской армии, завершившийся ее вступлением в Париж.

МНЕНИЯ ИСТОРИКОВ О АЛЕКСАНДРЕ I
В русской и советской историографии главный спор велся по вопросам о том, насколько искренен и серьезен был император Александр в своих либеральных устремлениях и какие цели он при этом преследовал; почему большинство из задуманных реформ первой четверти ХIХ в. не были реализованы. Причем, если дореволюционные историки во многом связывали крах реформаторской деятельности с господством рабских отношений в России того времени (В.О. Ключевский) или с личными качествами Александра (С.Ф. Платонов), то большинство советских историков полагали, что либеральные взгляды и планы реформ Александра либо являлись прикрытием консервативной политики, либо, в конечном итоге, служили укреплению крепостнических порядков. Так, С.Б. Окунь отмечал, что только конкретные обстоятельства в начале ХIХ в. заставляли царизм встать на путь внешнего либерализма и разговоры о неприемлемости самовластия должны были в конечном итоге способствовать укреплению абсолютизма. Характерное для дореволюционной историографии противопоставление двух периодов правления Александра – либерального и консервативного – многие советские историки вообще отвергали (А.В. Предтеченский, Н.П. Еропкин, А.П. Бажова), считая политику правительства Александра в целом не менее реакционной, чем политика его отца. Современные же исследователи, в частности С.В. Мироненко, М.М. Сафонов, считают либерализм и увлечение Александра конституционными планами весьма серьезными.

МНЕНИЯ ИСТОРИКОВ О ВОССТАНИИ ДЕКАБРИСТОВ
Дореволюционные историки характеризовали восстание декабристов как мятеж, военный заговор или оценивали его как попытку верхушечного переворота группы молодых офицеров, целью которого было установление конституционной монархии, а радикальной части движения – даже и республиканского строя в России (Н.К. Шильдер, С.Ф. Платонов). В советской историографии военное выступление декабристов определялось как начало революционного движения в России. Согласно ленинской периодизации, это был первый, дворянский, этап революционного движения, закончившийся поражением из-за классовой ограниченности дворянских революционеров, которые были «слишком далеки от народа».

М.В. Нечкина, Н.М. Дружинин и другие советские историки анализировали истоки, характер и причины поражения восстания 14 декабря 1825 г., основываясь на ленинской периодизации революционного движения. Позднее Н.Я. Эйдельман рассматривал восстание декабристов как своеобразную попытку «революции сверху», направленную на модернизацию России. Современные историки рассматривают движение в неразрывной связи с той частью русского общества первой четверти XIX в., которая осознала необходимость модернизации страны. На него повлияли те либеральные идеи, которые исповедовал в начале царствования Александр I, но которые остались пустыми разговорами, особенно нетерпимыми в условиях аракчеевщины. Отмечается также, что определенную роль в движении декабристов сыграл их романтизм и честолюбивые устремления (Е.В. Анисимов, А.Б. Каменский).

МНЕНИЯ ИСТОРИКОВ О ПРАВЛЕНИИ НИКОЛАЯ I
Время правления Николая I историки называют апогеем самодержавия (А.Е. Пресняков). Русская историография в целом определяла николаевское правление как консервативно-охранительное, при этом отмечая все-таки стремление царя к определенной реформаторской деятельности. Причины же провала всех преобразований Николая виделись в опоре на бюрократию (А.А. Кизиветтер, А.А. Корнилов, С.Ф. Платонов).

Советские историки однозначно трактовали николаевский режим как время самой свирепой и темной реакции, а царя – как тупого гонителя всякого прогресса (см., например, «История СССР с древнейших времен»). При этом за рамками исследования оставался анализ реальных возможностей правительства Николая I.

точки зрения историков на правление Александра I.

1. Н. И. Греч:

Вступление на престол императора Александра было самое благодатное: он прекратил царство ужаса, уничтожил Тайную канцелярию, восстановил права Сената, дворянства и – человечества, отменил строгую и, разумеется, нелепую и бестолковую цензуру. Россия отдохнула. Но образ вступления на престол оставил в душе Александра невыносимую тяжесть, с которою он пошел в могилу.

Александр был задачею для современников, едва ли будет он разгадан и потомством. Природа одарила его добрым сердцем, светлым умом, но не дала ему самостоятельности характера, и слабость эта, по странному противоречию, превращалась в упрямство. Он был добр, но притом злопамятен; не казнил людей, а преследовал их медленно со всеми наружными знаками благоволения и милости; о нем говорили, что он употреблял кнут на вате...

Император Александр, рожденный со всеми прекрасными дарами природы, наружными и внутренними, явился в свет в самое для него благоприятное время, когда Россия молила Бога о даровании достойного наследника престолу Екатерины. Бог и природа сделали для него все; люди извратили и испортили все, что могли.

2. В. О. Ключевский:

...Если бы сторонний наблюдатель, который имел случай ознакомиться с русским государственным порядком и с русской общественной жизнью в конце царствования Екатерины, потом воротился бы в Россию в конце царствования Александра и внимательно вгляделся бы в русскую жизнь, он не заметил бы, что была эпоха правительственных и социальных преобразований; он не заметил бы царствования Александра.

В чем заключалась причина этой безуспешности этих преобразовательных начинаний? Она заключалась в их внутренней непоследовательности... Император и его сотрудники решились вводить новые государственные учреждения раньше, чем будут созданы согласованные с ними гражданские отношения, хотели построить либеральную конституцию в обществе, половина которого находилась в рабстве, т. е. они надеялись добиться последствий раньше причин, которые их производили.

3. А. В. Предтеченский:

Царствование Александра представляет собой единый в своей внутренней сущности процесс. Деление его на два или больше периодов, различных по содержанию приходящихся на каждый из них мероприятий, должно быть отброшено...

Правительство Александра было правительством крепостников, и Россия к концу его царствования в основе своего социально-экономического и политического строя оставалась такой же крепостнической монархией, какой она была и в 1801 г. Царь осуществлял интересы крепостников, а для этого нужно было идти не вслед за стихийной буржуазной эволюцией страны, а, напротив, препятствовать этой эволюции, задерживать ее, применяя меры, которые нельзя квалифицировать иначе, как реакционные. Поэтому в основе своей политика Александра была столь же реакционна, как политика Павла.

4. А. П. Бажова:

Подобно отцу, Александр I стремился к укреплению своей абсолютной власти, но он понимал непригодность тех методов, которыми действовал его отец. Павел был нетерпелив, груб, несдержан; его сын умел выжидать, действовать в обход, прислушиваться к настроениям общества. Политика выжидания и лавирования между различными дворянскими группировками особенно характерна для первого периода царствования Александра. Но по мере того как он укреплялся на престоле, его политика приобретала все более определенный характер. Он, как и его предшественники, добивался упрочения самодержавия.

5. Н. П. Ерошкин:

Господствовавшее в дореволюционной (а одно время и в советской) историографии противопоставление первой и второй половины правления Александра как либерального (1801–1812) и реакционного (1815–1825) периодов внутренней политики является в значительной степени условным, ибо и политика заигрывания с либерализмом, имеющая элементы “просвещенного абсолютизма”, и сменившая ее “аракчеевщина” имели одну цель – укрепление самодержавно-крепостнического строя.

6. С. В. Мироненко:

...Главной причиной, не позволившей освободить крестьян и попытаться изменить политический строй уже в начале XIX в., оказалось сопротивление подавляющей части дворянства. Александр I, попробовавший встать на путь реформ, вынужден был под напором мощной косной силы повернуть вспять...

Самодержавный монарх, располагавший неограниченной властью, решительно исключал самую мысль о возможности давления на дворянство.

Александр III

По словам историка П. А. Зайончковского, «Александр III был довольно скромен в личной жизни. Он не любил лжи, был хорошим семьянином, был трудолюбив», работая над государственными делами нередко до 1-2 часов ночи. «Александр III обладал определенной системой взглядов… Оберегать чистоту „веры отцов“, незыблемость принципа самодержавия и развивать русскую народность… — таковы основные задачи, которые ставил перед собой новый монарх… в некоторых вопросах внешней политики он обнаружил и наверное здравый смысл»[17]:300.

Как писал С. Ю. Витте, «у императора Александра III было совершенно выдающееся благородство и чистота сердца, чистота нравов и помышлений. Как семьянин — это был образцовый семьянин; как начальник и хозяин — это был образцовый начальник и образцовый хозяин… был хороший хозяин не из-за чувства корысти, а из-за чувства долга. Я не только в царской семье, но и у сановников, никогда не встречал того чувства уважения к государственному рублю, к государственной копейке, которым обладал император… Он умел внушить за границею уверенность, с одной стороны, в том, что Он не поступит несправедливо по отношению к кому бы то ни было, не пожелает никаких захватов; все были покойны, что Он не затеет никакой авантюры… У императора Александра III никогда слово не расходилось с делом. То, что он говорил — было им прочувствовано, и он никогда уже не отступал от сказанного им… Император Александр III был человек чрезвычайно мужественный»[35]:368—378.

Не переносил нечистоплотности ни в делах, ни в личной жизни. Согласно его собственным заявлениям, он мог простить чиновнику нечистоплотность в делах или в поведении лишь один раз, в случае его раскаяния, а на второй раз неизбежно следовало увольнение провинившегося (известны соответствующие примеры — например, А. А. Абаза). Не терпел своих родственников (например, великих князей Константина Николаевича и Николая Николаевича, принца Георгия Лейхтенбергского), имевших любовные связи с танцовщицами, актрисами и т. п. и открыто их демонстрировавших[35]:216, 383—387.

 
   

Вместе с тем Александр III был не злым и обладал неплохим чувством юмора, о чём говорит, в частности, следующий курьёзный случай. Однажды некий солдат Орешкин напился в кабаке и начал буянить; его пытались урезонить, указывая на висевший в кабаке портрет императора, но солдат в ответ заявил: «А плевал я на вашего государя императора!» Его арестовали и завели было дело об оскорблении царствующей особы, но Александр III, познакомившись c делом, остановил ретивых чиновников, а на папке начертал: «Дело прекратить, Орешкина освободить, впредь моих портретов в кабаках не вешать, передать Орешкину, что я на него тоже плевал»[52]:139.

В историографии сложилось два основных подхода - критический и апологетический. Критический подход - отрицательная оценка внутри- и внешнеполитической деятельности - был характерен для либеральной и революционной публицистики и советской историографии. Николай Второй рассматривался как защитник классовых интересов разлагающегося дворянства, противодействующий прогрессивному течению исторического процесса. Эта консервативная политика привела к социальному взрыву чудовищной силы.

Эмигрантские историки (С.Ольденбург, Е. Алферьев и др.) создали образ Николая как дальновидного политика, служившего интересам не отдельного класса, а всей России. Противодействие императора политической оппозиции и политическому реформированию рассматривали не как проявление реакции, а как проявление прозорливости императора, понимавшего, какая опасность слева грозит стране.

В современной историографии оценка Николая Второго по-прежнему политизирована и соотносится с тем, как историк относится к революционным событиям начала 20 в.: как прогрессивным событиям или национальной трагедии.

Большинство современных исследователей (Б. Ананьич, Р.Ганелин, А. Искендеров), не отказывая императору в обладании рядом личных достоинств, полагают, что он в сложившейся политической ситуации не смог принять верные государственные решения и вывести страну из кризиса. Противоположной точки зрения придерживаются такие авторы как А. Боханов, О. Платонов, В. Мультатули, представители православной церкви. Их аргументы в пользу высочайшей оценки Николая Второго как государственного деятеля, в основном, заключаются в констатации экономических, культурных успехов России. А. Боханов пишет: " Промышленность работала на полную мощность, сельское хозяйство динамично развивалось, и каждый год приносил все большие урожаи. Росло благосостояние, и покупательная способность населения увеличивалась год от года. Началось перевооружение армии, еще несколько лет – и русская военная мощь станет первой силой в мире“
А. Боханову вторит О. Платонов: В области искусства и науки русскими людьми в царствование Николая II были достигнуты такие гигантские успехи, что об этом периоде следует говорить как о золотом веке Русской цивилизации…Стремительный экономический рост и динамично развивавшиеся трудовые ресурсы русской нации в царствование Николая II дали богатые плоды“ Трагедия жизни Николая II состояла в неразрешимом противоречии между его глубочайшим убеждением хранить основы и традиции России и нигилистическими попытками образованных слоев страны разрушить их. В. Мультатули : “несмотря на тяжкие испытания, Николай II сумел вывести корабль русской государственности к спокойным берегам. К 1914 году Россия занимала видное место в мировой экономике и продолжала развиваться быстрыми темпами. На Западе говорили о “русском чуде”. При этом русское самодержавие всегда было главным творцом этого “чуда”, инициатором всех прогрессивных начинаний в технике и промышленности. Оспопрививанием Россия была обязана Императрице Екатерине Великой, железной дорогой — Императору Николаю I, Великим Сибирским Путем — Императору Александру III, научно-технической революцией начала XX века — Императору Николаю II, так как все эти начинания проводились в жизнь указаниями государей, иногда вопреки скептицизму комиссий и специалистов. В современных источниках много раз приводились сведения о добыче чугуна, нефти, угля, выплавки стали, стойком курсе золотого рубля, самых низких в мире налогах и низких ценах на продукты питания, которые знаменовали успехи русской промышленности к 1913 году. Но, пожалуй, самым впечатляющим и важным является рост населения Российской империи, которое за время царствования Николая II выросло на 60 миллионов человек, факт, который не имеет аналогов в мировой истории. Этот рост является лучшим показателем того, что Россия все более становилась богатым, сытым и процветающим государством. Что бы кто ни говорил сегодня, но исторические факты упорно свидетельствуют, что русский народ никогда, ни до, ни после, в своем большинстве, в материальном плане не жил лучше и богаче, чем при Императоре Николае Александровиче.” По мнению этих историков, залогом успешности внутренней политики Николаю представлялось сохранение самодержавной государственной системы и того политического курса, который начал его отец. Он был уверен в эффективности самодержавия в качестве гаранта многонационального государства.

 

 

Зарубежная историография:

Праволиберальный историк Элизабет Хереш дает следующую характеристику императору: “Николай поступал как русский патриот и глубоко верующий человек, чем и объясняется его всегдашнее хладнокровие. Он знал, чего он хочет и продуманными действиями, хотя редко наступательными, пытался противостоять натиску событий своего времени. Накануне первой мировой войны царь мог оглянуться на два десятилетия относительно успешного правления. Прочная основа экономического процветания и реформы выдающегося министра помогли стране устоять под ударами войны с Японией и мощной революционной волны 1904-1906 годов. Рост материального благосостояния обеспечил невиданный расцвет и многообразие культурной жизни, что нашло широкое международное призвание. Либеральный политический климат после частичной отмены цензуры способствовал появлению тысяч газет и журналов, на страницах которых велись разнообразные дискуссии“. Американский публицист Р. Масси тяготеет также к праволиберальному течению. Он посвятил большую часть своего труда семье царя и поэтому политические и особенно экономические события царствования Николая изложены поверхностно. Автора исследования отличают нейтральные оценки данного правителя России без резкой критики и восхваления. По экономической ситуации в стране автор замечает: “Ни в одной стране не существовало столь разительного контраста между кричащей роскошью аристократии и беспросветным существованием народных масс, как в России” . По мнению другого историка данного направления Анри Труайя: “дискредитируемая в салонах и гостиных императорская семья по традиции продолжала пользоваться доверием в народных массах: не читающим газет мужикам невдомек были волнения в интеллектуальных кругах, а рабочие после столыпинских репрессий разом присмирели.“ Это относительное умирение трудящегося люда имело следствием значительный рост экономической деятельности. Богатства России были таковы, что даже при отсутствии твердого лидера ее национальный доход увеличивался и уровень жизни повышался
К леволиберальной историографии можно отнести книгу Марка Ферро Николай II, в которой тот подвергает критике политику двух последних русских царей Александра III и Николая II: “Все поведение царя с 1894 г. и до последнего дня выдает натуру конформиста и консерватора… Находившийся под влиянием своей жены, подобно королю Людовику XVI царь, прозванный Николаем “Кровавым“, вовсе не кровожаден. Он готов сожалеть о жестоких последствиях своих приказов. Он просто считает, что выполняет свой долг. Он расстреливает по необходимости“ .

Категория: Методические рекомендации для учителей и учащихся | Добавил: историк (06.04.2018)
Просмотров: 36 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar